либо как продолжение истории Римской империи
(Гиббон), либо как создание христианского "Греческого царства"
(Ф.И.Успенский), либо как восточноевропейский вариант феодальной формации.
Все эти аспекты освещали разные стороны византийской истории, но проблема
оригинальности византийской культуры осталась нерешенной. Наша точка зрения
также не претендует на универсальность, но она заполняет лакуну в
этнической истории Европы.

Будем называть "Византией" явление, возникшее вследствие пассионарного
толчка I-II вв. в Палестине, Сирии и Малой Азии, оформившееся как Церковь,
со всеми ее отклонениями и течениями, и обретшее стереотип взаимоотношений
со светскими властями. Эта целостность была значительно шире границ
Восточной Римской империи и пережила ее на много веков. Можно возражать
против названия, но не стоит, потому что оно удобопонятно и исчерпывает
проблему в той постановке вопроса, которая для дальнейших рассуждений
конструктивна.

ВТОРОЙ РИМ ИЛИ АНТИРИМ?

Если бы мы описывали нисходящую ветвь кривой этногенеза, задача была бы
легка. Мы устанавливали бы прогрессирующее упрощение этносоциальной
системы, снижение ее резистентности и инфильтрацию инородных элементов. Но
когда нам

предстоит описать ветвь восходящую, то это куда сложнее. При растущей
пассионарности доминанту находят не сразу. Возникает несколько направлений
развития, борющихся друг