своим членам не требовать от нее сверх положенной меры. В лесу
ежегодно гибнет 10% деревьев в результате естественного отбора и борьбе за
существование; значит, можно эти 10% срубить для топлива и строительства,
но не больше. Также можно убить себе в пищу прирост стада копытных, но без
ущерба для производителей.

И ведь как точно умели определять эти нормы в отношения бизонов племена сиу
или черноногих! Охота была для них делом общественным, и любое самовольство
пресекалось самыми жестокими мерами. Благодаря этому этнос и вмещающий его
ландшафт находились в состоянии динамического равновесия (гомеостаза),
позволявшего людям, животным и растениям, существовать совместно
неограниченно долго. Но мы знаем, что это равновесие в любом ландшафте,
будь то в Африке, Австралии или Гренландии, является результатом
протекавшего ранее процесса этногенеза, его конечной фазой.

Увы, история полезна только тому, кто ее выучил. В обратном случае
обывательский "здравый смысл" провозглашает губительную концепцию покорения
живой природы. В 1894 г. американский геолог-антрополог У. Дж. Макги писал:
"Подчиняя себе диких животных, человек сохраняет лишь тех, кто может быть
приручен; остальные же должны быть уничтожены"[5]. И самое примечательное,
что с обратной концепцией выступили только индейцы сиу, утверждавшие: "Что
Дух земли творит, то неделимо; со всем сущим нас связывают