афинян в каменоломни и очень мало поили, а
не умерших от жажды неафинян продали в рабство. В противниках стали видеть
врагов[13].

Римляне были последовательнее. Когда легионы Веспасиана в 69 г. взяли
Кремону, они убили всех жителей, потому что их нельзя было продать в
рабство, так как те были римскими гражданами[14]. Здесь то же социальное
явление, и отличие его от арабской, португальской и англо-французской
работорговли очевидно.

Впрочем, если изменить исходную точку отсчета, то можно считать население
страны составной частью ландшафта, которую этнос-паразит эксплуатирует
наряду с животными, растениями и ценными минералами. Но такая точка зрения
вряд ли может быть принята кем-либо, кроме лиц, в оной эксплуатации
заинтересованных, а к тому же она постоянно опровергается историей. Хотя
институт рабства постоянно наблюдается, отдельные ситуации этнического
паразитизма редко бывали устойчивы и долговечны, но часто воспроизводились
заново.

Таким образом, даже наличие исключительных этносов, как будто не связанных
с природой, не подрывает основного тезиса о связи этноса с ландшафтом, тем
более что пассивные восприятия, например, климатических условий, эпидемий
или характера пищи для этносов-паразитов такие же, как и для этносов,
имеющих дело непосредственно с природой своего региона. Поэтому для
создания единого этноса на всей планете нужно уничтожить зональность,
циклонические