не настолько большой, чтобы исключить взаимопонимание. Но в эпоху
великих географических открытий положение изменилось коренным образом. Если
даже можно было назвать негров, папуасов и североамериканских индейцев
"дикарями", то этого нельзя было сказать ни про китайцев, ни про индусов,
ни про ацтеков и инков. Надо было искать другие объяснения.

В XVI в. европейские путешественники, открыв для себя далекие страны,
невольно стали искать в них аналогии с привычными им формами жизни.
Испанские конкистадоры стали давать крещеным касикам титул "дон", считая их
индейскими дворянами. Главы негритянских племен получили название
"королей". Тунгусских шаманов считали священниками, хотя те были просто
врачами, видевшими причину болезни во влиянии злых "духов", которые,
впрочем, считались столь же материальными, как звери или иноплеменники.
Взаимное непонимание усугублялось уверенностью, что и понимать-то нечего, и
тогда возникали коллизии, приводившие к убийствам европейцев, оскорблявших
чувства аборигенов, в ответ на что англичане и французы организовывали
жестокие карательные экспедиции. Цивилизованный австралийский абориген
Вайпулданья, или Филипп Роберте, передает рассказы о трагедиях тем более
страшных, что они возникают без видимых причин. Так, аборигены убили
белого, закурившего сигарету, сочтя его духом, имеющим в теле огонь.
Другого пронзили копьем за то,