жизни. Ныне они именуются гражданскими состоянием и
регистрируются загсом. Раньше их называли сословиями (etat). В переносном
смысле можно назвать "состоянием" классовую принадлежность, но надо
помнить, что она - продукт производственных отношений и производительных
сил, т.е. тоже техносферы. Это состояние крайне неустойчиво. Воин, попавший
в плен, становился рабом, а сбежав, мог превратиться в феодала. Для
иерархического принципа в судьбе такого человека нет ни места, ни
надобности; здесь достаточно простой фиксации. Итак, смены социальных
состояний подобны (хотя и не идентичны) сменам природных состояний: они
обратимы и требуют для перехода из одного в другое вложения дополнительной
энергии. Но таков ли этнос? Можно ли, сделав усилие, сменить свою
этническую принадлежность? Видимо, нет! Но уже одно это показывает, что
этнос не "состояние" (тем более гражданское), а процесс.

Аберрация, питающая концепцию "состояния", связана с отсутствием у
наблюдателя исторической перспективы. Полное затухание процесса этногенеза
без посторонних нарушений укладывается в 1200-1500 лет, тогда как научный
сотрудник посвящает плановой теме года два, от силы - три. Поэтому минувшее
представляется ему калейдоскопом, без системы и закономерности, и он,
зафиксировав несколько изменений в ограниченном регионе и одной эпохе,
видит только скопище "состояний", не связанных друг с другом,