себе хотя бы по духу. Входя в ту или
иную религиозную общину, он попадал в среду людей, которым мог доверять,
потому что общину он выбирал согласно своим вкусам и наклонностям. Часто
такие общины совпадали с определенными территориально-политическими
образованиями. Например, буддистов тянуло в Тангут или в Кидань, а христиан
- к уйгурам или шато. С течением времени инкорпорация изменила состав
этнической группы до неузнаваемости. Потому-то, когда мы сравниваем
этнографическую карту Азии IX в. с картой XIII в., то первое, что бросается
в глаза, - это их несходство. Конечно; за истекшие 300 лет имели место и
переселения племен, но это касалось только северных окраин Великой степи, а
этническая трансформация ее массива произошла за счет исторической судьбы,
т.е. закономерного изменения, механизм которого в общих чертах обрисован
нами.

Но этот же самый механизм порождал религиозную нетерпимость. Она
стимулировалась не догматами сложных и разработанных теодицей, а простой
неприязнью к другой группе людей, личными отношениями и затем
распространялась на всю систему религиозных воззрений. Особенно активно в
этом отношении действовали китайский националисты, поборники конфуцианства
и враги любого мистицизма, в том числе и своего - даосского. Посмотрим,
чего они добились.

ПРИМЕЧАНИЯ

[у1] "Scriptores rerum Gennanicanim in usum scholarum, тес. A.Hofmester"
(Hannover-Leipzig,