- их ставленник сокрушил их конкурентов в Самарканде, Фергане,
Кашгаре и Хотане и обеспечил им монополию караванной торговли. С Катванской
битвы начался расцвет уйгурских городов, а там, где власть попадала в руки
христиан, мусульманских купцов облагали налогом [у159].

Но мы допустили бы самую грубую модернизацию, если бы опустили
конфессиональный момент. Хотя христианство было в сельджукском султанате
терпимо, но, конечно, мусульмане имели все возможные преимущества. Затем,
несториане сами отличались нетерпимостью и, не жалея средств для войны
против иноверцев, нуждались в подходящем военном вожде. Елюй Даши отвечал
всем требованиям: он был достаточно культурным, чтобы избежать подозрений в
язычестве, достаточно светским, чтобы не стать буддийским монахом, и,
оказавшись врагом султана Санджара, он уже не мог и думать о принятии
ислама. Крестить его, по-видимому, не удалось, так как еще в 1130 г. он
приносил традиционную киданьскую жертву Небу, Земле и предкам - серого быка
и белую лошадь. Но делал он это скорее для своих воинов, хотя конфуцианское
образование, полученное им в юности, также не мешало сохранению таких
пережитков в его сознании. Основное же заключалось в том, что он, как
опытный политик, понимал, что, если он хочет удержаться на новой земле, ему
следует обеспечить себе поддержку хотя бы части местного населения, пусть
несториан. Поэтому,