и монголы жестоко расправились с
населением. Но город продолжал жить еще в XIV в., о чем свидетельствуют даты
многочисленных документов, найденных здесь. Его гибель связывают с изменением
течения реки, которая, по народным преданиям торгоутов, была отведена
осаждающими посредством плотины из мешков с землей. Плотина эта сохранилась до
сих пор в виде вала. Так оно, видимо, и было, но монголы тут ни при чем. В
описаниях взятия города Урахая (монг.) или Хэшуйчэна (кит.) нет таких
сведений. Да это было просто невозможно, так как у монгольской конницы не было
на вооружении необходимого шанцевого инструмента. На самом деле тангутский
город погиб в 1372 г. Он был взят китайскими войсками Минской династии и
разорен как опорная точка монголов, угрожавших Китаю с запада [+24].

Но почему же тогда он не воскрес? Изменение течения реки не причина, так как
город мог бы перекочевать на другой проток Эцзин-гола. Со свойственной ему
наблюдательностью П.К. Козлов отмечает, что количество воды в р. Эцзин-гол
сокращается, озеро Сого-нор мелеет и зарастает камышом. Некоторую роль здесь
играет перемещение русла реки на запад, но это одно не может объяснить, почему
страна в XIII в. кормила огромное население, а к концу XIX в. превратилась в
песчаную пустыню.

Самым важным моментом представляется не частный вопрос о смещении течения р.
Эцзин-гол к западу, а постановка вопроса об использовании археологических
находок для восстановления физико-географических условий прошлых эпох. Ибо это
путь для выяснения тех закономерностей природы, которые иным образом не могут
быть установлены.

Итак, вина за запустение культурных земель Азии лежит не на перемещении реки в
другое русло и не на монголах, а на вековом изменении климата, явлении,
описанном